Разница между знаком и символом культурология

СООТНОШЕНИЕ ПОНЯТИЙ ЗНАК-СИМВОЛ-ЗНАЧЕНИЕ-КОНЦЕПТ В ИССЛЕДОВАНИИ ТЕКСТА | tranaptheotent.tk

разница между знаком и символом культурология

Под словом «текст» в культурологии понимается не только письменное различие между знаками и не-знаками (условимся считать заранее, что 1) знаки Понятия знака и символа являются одними из основных в семиотике и в. Что такое «знак» и «символ» в культуре. Как известно, культура, начинаясь с организации, порядка, ритуала, упорядочивает (структурирует). Определение знака в качестве водораздела между поведением животных и человека, на наш взгляд, - результат смешения понятий знака и символа.

Так, в Словаре лингвистических терминов О. Мотивированность, по-видимому, должна объясняться сходством символа как обозначающего элемента и референта, которого он обозначает. По нашему мнению, данное традиционное определение отличается излишней философичностью и может быть понято противоречиво. Сам по себе знак не может быть материально-идеальным, так как сам по себе не несет значения, а лишь указывает на.

Таким образом, знак не является чем-то двойственным, он не самостоятелен, а зависим. Значение, следовательно, проявляется при узнавании: В целях тщательного анализа дефиниций нами были исследованы статьи, посвященные знаку и символу, данные в философских словарях. Парадоксально, но наиболее ярко языковые исследования освещены именно в философских лексикографических источниках.

Известный философский словарь, основанный лексикографом Г. Символ имеет знаковую природу, и ему присущи все свойства знака. Однако если сущностью знака признать чистое указание, то сущность символа оказывается большей, чем указание на то, что не есть он.

Символ есть не только наименование какой-либо отдельной частности, он схватывает связь этой частности с множеством других, создавая собственную многослойную структуру, смысловую перспективу, объяснение и понимание которой требует от интерпретатора работы с кодами различного уровня. Основатели семантики как научной дисциплины чаще всего избегают односторонне определять знак и символ, поскольку последние не самодостаточны и обретают жизнь так же, как и текст — при прочтении.

Исследователи заостряют внимание на разных основаниях этого процесса восприятия, понимания и, в итоге, принятия либо непринятия значения. Моррис пишет о семиозисе — процессе, в котором нечто функционирует как знак. Процесс подразумевает взаимодействие четырех составляющих: Сами знаки формируют особую знаковую систему, поскольку каждый знак взаимодействует с другими знаками: В свою очередь, последовательности знаков образуют язык.

Однако механизм работы разноплановых знаков однотипен: Конвенциональность знака в любом случае доминирует среди его прочих характеристик, а разные, полярные его прочтения скорее являются исключением, чем правилом.

разница между знаком и символом культурология

Он никогда не принадлежит какому-либо одному синхронному срезу культуры, но всегда пронзает этот срез по вертикали, приходя из прошлого и уходя в будущее. В символе всегда есть нечто архаическое.

разница между знаком и символом культурология

Происхождение символа тесно связано с исторически первым способом духовного освоения мира — мифом. Особенность мифа как способа постижения действительности состоит в том, что недостаточность практического овладения миром компенсируется посредством смыслового породнения с.

Принципы мироощущения и миропонимания, реализуемые в мифе, основываются на неспособности человека выделить себя из окружающей среды, а также на своеобразной нерасчлененности мышления. Субъект и объект, происхождение и сущность, вещь и слово не отчетливо разделяются в мифологическом сознании. Мифологический символизм соединяет план реальности и ментальный план. Образы мифа наделяются субстанциональностью, понимаются как реально существующие.

При этом неверно было бы интерпретировать миф как фантастический вымысел. Миф не разделяет естественное и сверхъестественное, все его содержание мыслится как подлинная реальность.

Знак и символ в семиотике - Реферат

Миф — сакральный рассказ, правдивость которого не может быть поставлена под сомнение. Но противопоставление это не окончательно, поскольку мифическое время является сферой действия первопричин всего последующего. В силу этого миф парадигматичен от греч. Все человеческие действия и проявления — рождение, брак, смерть, основание города, строительство дома и храма, запашка земли и прием пищи — обладают значением и ценностью не сами по себе, а как повторение мифологического, идеального образца.

Средством воспроизведения прадействия служит ритуал, обряд. Обряд реализует миф, символически повторяя, а следовательно, и реактуализируя. Миф, в свою очередь, кодифицирует обряд. Структура мифологического символизма направлена на то, чтобы погрузить каждое частное явление в стихию первоначал и дать через него целостный образ мира. В более поздние времена, когда синкретическое единство мифа разрушается, мифологический символизм оказывается унаследованным религией, искусством и общественным сознанием в целом.

При этом история не может коренным образом изменить структуру древнего символизма. Скажем, откровения христианства не разрушают дохристианское значение символов, а лишь добавляют им новые смыслы. По точному определению русского философа А. Мифологические символы становятся, таким образом, своеобразными конденсаторами опыта человечества. В этом смысле миф — это не забытый эпизод предыстории культуры, а ее вечная, вневременная, живая сущность.

Неслучайно одной из черт современной культурной ментальности называют неомифологическое сознание. Обращение к мифу характерно для всей художественной культуры ХХ века — от символизма до постмодернизма. Наиболее значимые художественные тексты последнего столетия не просто используют мифологические сюжеты и мотивы, но по своей структуре уподобляются мифу. Гарсиа Маркеса имеет глубокий смысл.

Древний миф как бы подсвечивает сюжет современного произведения, передавая ему символическую глубину и объем. Этот подлинный символизм, свободный от рассудочных аллегорий, позволяет автору и читателю подняться над частной ситуацией и открыть для себя то общее и универсальное, что всегда хранит в себе миф. Не могло не удивлять сходство мотивов и сюжетов, раскрывающихся в мифологиях разных времен и народов.

Например, миф об умирающем и воскресающем боге — это не только хорошо нам известный христианский миф. Эта формула характерна для многих древних календарных мифов, символически воспроизводящих природные циклы: Подчеркнем, речь идет даже не о близости представлений древних народов, а о всеобщем, универсальном характере мифологем, то есть основных идей мифа, нашедших постоянный художественный образ.

В Вавилонской космогонии это представлялось в виде убийства праматери Тиамат — дракона, из тела которого были созданы небо и земля. Согласно индуистской традиции, изложенной в Ригведе, боги принесли в жертву первобытное существо — великана Пурушу.

В Персии это был бык, которого приносит в жертву сначала Ариман, а затем Митра. В Скандинавии — это гигант Имир, расчлененный сонмом богов и затем использованный как материал для сотворения мира. Тождественные по своему характеру образы и мотивы обнаруживаются в несоприкасающихся друг с другом мифологических системах, и, следовательно, объяснить их возникновение простым заимствованием. Раздвигая узкие границы традиционно-рационалистических трактовок символического, культурология ХХ века пытается обнаружить внутреннюю связь мифа и символа с бессознательной жизнью души.

Одна из наиболее смелых и, одновременно, значительных попыток была осуществлена Карлом Густавом Юнгом —предположившим, что в основе мифологии лежат некие врожденные психические структуры — так называемые архетипы.

Язык культуры — знак, символ, миф, архетип

Архетипы находятся в глубинах коллективного бессознательного, которое представляет собой хранилище латентных следов памяти человечества. С точки зрения Юнга коллективное бессознательное присуще всем людям и, по всей видимости, передается по наследству. Архетипы же представляют собой содержание коллективного бессознательного.

Они могут быть обнаружены в спутанных и странных образах сновидений, галлюцинаций и мистических видений, где сознательная обработка минимальна; а также в так называемых коллективных представлениях — мифах, сказках и тайных учениях, которые в силу своей безличной природы и архаического характера близки строю души, свойственному не отдельной личности, а человечеству. Архетипы — вневременные схемы, согласно которым образуются мысли и чувства всех людей, они составляют основу общечеловеческой символики и включают в себя все богатство мифологических.

Несмотря на название, которое Юнг заимствует из позднеантичных авторов, архетип от греч. Скорее он представляет собой структурную схему образа и его психологическую предпосылку. Архетип — это форма, содержательные характеристики он обретает лишь тогда, когда подвергается сознательной обработке.

Юнг сравнивал архетип с системой осей кристалла, которая преформирует кристалл в растворе, будучи сама неким невещественным полем. Мифология — изначально присущий человечеству способ обработки архетипов. Мифотворчество, по существу, есть трансформация архетипа в образ. Мифологические мотивы при этом могут видоизменяться, приобретать и утрачивать различные детали: Реализуясь в религиозных и художественных образах как матрица отпечатывается в массе оттисковархетип обеспечивает единство и многообразие культуры: Осуществляясь в вечных мифах и символах, он пронизывает толщу культуры, определяя ее историческую преемственность и память.

По мнению Юнга архетип — это фигура, повторяющаяся на протяжении истории везде, где свободно действует творческая фантазия. Нет ни одного важного образа, существенной идеи и воззрения без их исторических праобразов, все они восходят, в конечном счете, к тем или иным архетипическим праформам. Но, пожалуй, наиболее значима для человечества реализация архетипов в религии и искусстве. В этих культурных образованиях происходит постепенная шлифовка темных и невнятных образов, они превращаются в символы изящные по форме и всеобщие по содержанию.

Искусство поэзии, например, заключается в превращении обычных слов-знаков в символы: Тогда архетипы, дремлющие в подсознании читателя, оживают в художественном тексте произведения. Тайна воздействия искусства состоит, таким образом, в особой способности художника почувствовать архетипические формы и реализовать их в произведении.

Тот, кому это удается, переводит свое произведение с языка сиюминутного, преходящего и личного на язык вечного и всечеловеческого. Это язык архетипов, язык универсальных образов-символов — подлинный, живой язык культуры. Вопросы для самопроверки 2. Знак и символ в культуре: Миф в структуре языка культуры. Архетипы и их роль в мировой культуре.

Теория культурных архетипов К. Советы при подготовке к ответам Культурология — наука о смысле культуры, ее стратегия — движение от явления культуры к сущности. Но сущность всегда являет себя: Как и в любом диалоге, чтобы понимать суть и улавливать нюансы, надо овладеть языком общения.

Или, вспоминая блестящее определения М. Подготовка первого вопроса семинарского занятия и должна познакомить Вас с организационными принципами языка культуры. С позиций семиотики культура понимается как ненаследственная память коллектива: В этом смысле сама культура предстает в виде языка, ведь язык не только система коммуникации, это также система хранения и организации информации. Определите предмет семиотики, укажите методы, которые она использует.

В чем специфика семиотического исследования культуры? На конкретных примерах покажите процесс семиозиса, то есть превращение незнака обычной вещи, рисунка, жеста в знак. Возможен ли обратный процесс? Обратите внимание на тот факт, что семиотизация общественной жизни растет в переломные эпохи.